18+
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Загрузка...

Мать солдат ЦАХАЛа живет в лесу. Репортаж о судьбе Ирины Бергман

время публикации: 28 августа 2008 г., 06:14 | последнее обновление: 28 августа 2008 г., 09:00 блог версия для печати фото видео для медленной связи видео для быстрой связи
Эксклюзив NEWSru Israel

На этой неделе сайт NEWSru.co.il со ссылкой на газету "Едиот Ахронот" рассказал о 52-летней репатриантке Ирине Бергман, матери двоих израильских солдат, которая живет в лесу возле Цфата. Больная эпилепсией женщина уже год не может добиться от Института национального страхования пособия по инвалидности. В настоящее время участие в судьбе обездоленной репатриантки принимают представитель горсовета Цфата Одед Амеири и директор благотворительной организации "Пеилей Хесед" Элиягу (Эли) Малка.

- Рассказывает Ирина Бергман. Видеозапись RTVi

Как стало известно нашей редакции, настойчивые просьбы сыновей Бергман и самой Ирины выделить ей социальное жилье игнорировались представителями служб соцобеспечения в течение многих лет.

Вместе со съемочной группой телеканала RTVi наш корреспондент побывал у Ирины Бергман в Цфате, чтобы лично расспросить ее о причинах возникшей проблемы и узнать, как складываются в Израиле судьбы ее детей.

Следует отметить, что судьба Ирины заинтересовала все крупные израильские телеканалы. Журналистов Эли Малка старается встретить лично, чтобы показать путь в лесное жилище бездомной репатриантки. "Я сделаю все, чтобы эта проблема решилась как можно скорее. Пока о ней говорит пресса, есть шансы сдвинуть дело с мертвой точки, – считает Малка. – Я очень боюсь, что если все снова затянется, Ирине тут придется зимовать под открытым небом. Она очень серьезно больна. Нет никакой причины, чтобы социальные службы позволяли себе так обращаться с человеком, которому обязаны помочь".

Одновременно с журналистами Бергман посетили социальные работники, которые предлагали ей помощь и объясняли, что именно нужно сделать, чтобы эту помощь получить. "Что вы все от меня хотите? – сорвалась Ирина на крик. – Какие еще я должна принести документы?! Вы меня уже похоронили под всеми вашими бумагами. За документами живого человека не видно. Как в Советском Союзе, честное слово. Бьют не по роже, а по паспорту".

Ирина Бергман рассказывает о себе

Рассказ о себе израильтянка Ирина Бергман, оказавшаяся без дома и без средств к существованию, начинает с упоминания ленинградской культуры авангарда: "Я из Санкт-Петербурга, художница. Из поколения хиппи 70-х. Мы все, и Гребенщиков, и Андрюша Макаревич, в Сайгоне тусовались тогда… В 1991-м я приехала в Израиль".

По словам Ирины, у нее семеро детей и четверо внуков. Она говорит, что старший сын живет с семьей в Петербурге. Дети, находящиеся в Израиле, живут в разных городах, отдельно от матери. Самые старшие их них, Давид (23) и Филипп (22), сейчас в армии. "Давид армию закончил и снова туда вернулся, на войну, чтобы нам всем помочь. Хотя все мы пацифисты. Филипп тоже в боевых частях, армейским кинологом стал", – с гордостью говорит она.

19-летний сын Ирины попал в тяжелую аварию, долго не мог ходить. По словам матери, юноша недавно перенес четвертую операцию: "Пошел работать почти сразу после операции на тяжелую физическую работу, чтобы мне хотя бы фруктов привезти. Он в кибуце живет, с подругой".

Двое младших детей Ирины Бергман, которые родились уже в Израиле, были переданы на усыновление в чужую семью. "Сына и дочь у меня отобрали, – говорит Ирина. – Жду, когда им исполнится 18, чтобы их увидеть. Они все у меня – талантливые, красивые и умные. Все мечтают учиться в университете, но какая тут учеба…"

После выселения из съемной квартиры многие вещи Ирины Бергман были поломаны, утеряны или отданы имеющим кладовки соседям на хранение. Вместе с немногочисленными предметами домашнего обихода и одежды с собой в лес Ирина взяла фотографии сыновей и дочерей. Альбом с фотографиями хранится вместе детскими рисунками. Разрисованные листы ватмана местами порваны. "Большинство рисунков пропали, когда хозяин меня из квартиры выгнал. Он порвал все и выбросил прямо из окна. Собрала, что уцелело. Больше всего детских работ жалко. Сама-то я еще нарисую, а таких больше не будет".

15 лет назад Ирина собрала в Цфате вокруг себя около 30 детей. Пригласила домой, учила рисовать. Двое ее учеников стали художниками и теперь выставляются в Тель-Авиве.

По всей вероятности, это была последняя регулярная работа Ирины Бергман, которая до последнего года жила на пособие по инвалидности, отмененное позже Институтом национального страхования "Битуах Леуми". На вопрос о причинах отмены пособия добиться внятного ответа от Ирины невозможно: "Они требуют от меня все время какие-то бумаги. Я ничего не понимаю, и больше так не могу. Знаю только, что уже год нет денег".

Вопрос корреспондента, обращалась ли Ирина за помощью к ученикам, крайне удивил Бергман: "Они ничего не знают о том, что произошло. Не люблю утруждать людей. Зачем?"

Социальный работник, побывавшая у Бергман позавчера впервые, объяснила: "Она не может себе помочь сама. И не дает нам возможности помочь. Чтобы получать пособие, необходимо регулярно отмечаться".

Нет необходимости добавлять, что для получения социального жилья в городе с чрезвычайно высоким процентом безработицы, необходимо проявить не меньшую настойчивость. Особенно, если документы, как объяснил Эли Малка, путешествуют из одной инстанции в другую: "В отделе социального обеспечения при муниципалитете Цфата говорят, что вопрос о предоставлении Ирине квартиры находится на рассмотрении "Амидара" (компания по обеспечению социальным жильем), а в "Амидаре" утверждают, что ждут какого-то документа из мэрии", – поясняет Малка.

"Когда я узнал о выселении, я обратился ко всем, к кому только мог. Меня здесь в городе все хорошо знают. Я руковожу благотворительной организацией, которая раздает помощь нуждающимся. Многих из них ко мне направляет социальный отдел мэрии, но когда я подал в тот же отдел запрос по делу Ирины, то не мог добиться ответа в течение нескольких дней. Даже Одеду Амеири, бывшему мэру города и представителю горсовета, они ничего не отвечали".

Выселение и уход в леса

Ирина рассказывает, что через несколько лет после приезда в Израиль они с мужем купили квартиру в Тират А-Кармеле ("Всем этим занимался муж, еще до отъезда"), которую банк отнял за долги. Банк продолжает требовать от Ирины погашения задолженности, и часть денег, получаемых от Института национального страхования, ежемесячно уходит банку. При этом в мэрии, как утверждает Эли Малка, Ирине отказываются предоставить справку о том, что у нее нет никакого жилья. Этот документ был одним из камней преткновения в затянувшейся на годы переписке с чиновниками.

Когда "Битуах Леуми" год назад отменил пособие по инвалидности, Ирина, по сути, осталась без средств к существованию. Арендовать квартиру помогал ее сын Давид, но потом, по его словам, деньги кончились, и хозяин, не получавший арендной платы несколько месяцев, попросил Ирину покинуть помещение в течение нескольких дней. Окончательное выселение произошло на прошлой неделе. Вещи Ирины были выставлены на лестницу и выброшены в окно.

"А что мне было делать? Ушла на природу. Я, в принципе, травница. По лесам живу. А нормальному человеку здесь, конечно, жутко. Моим детям здесь точно не место. Ниже пасть некуда", – говорит она. В ответ на вопрос, навещают ли ее дети, отвечает: "Им трудно видеть меня в таком состоянии. Помогают, конечно, чем могут. Средний сын больной на работу вышел. Но у них должна быть своя жизнь. Не хочу никому быть обузой. Уж лучше так…"

Теперь Ирина живет в палатке и открытой хижине, выстроенной собственными руками из тряпья и найденных в округе камней. Перед новым домом Ирина Бергман сложила высокий очаг ("Чтобы лес не загорелся"), украшенный цветными осколками любимой посуды, перьями птиц и обгоревшими свечками. Рядом с ней только бельгийская овчарка по кличке Буба и спасенный уличный кот, возвращающийся с наступлением темноты в "дом" без крыши над головой.

Эли Малка, житель Цфата, директор благотворительной организации "Пеилей Хесед" говорит: "Когда я с ней только познакомился, она весила около 100 кг, а теперь совсем похудела. У нее серьезные проблемы со здоровьем. Но она предпочитает жить одна, в лесу, и никому не быть в тягость. В глубине души я с ней согласен. Человеку нужен собственный угол. Но если бы кто увидел это место… Это действительно лес, и она там абсолютно одна. Мне – здоровому мужику – там не по себе в темноте делается, а она живет. Она необычный человек, светлая душа. А то, что происходит в отделе соцобеспечения мэрии – форменное безобразие. Несколько недель она провела на скамейке перед мэрией, пытаясь добиться внимания и помощи, но ее оттуда прогнали. Теперь им всего-то одна бумажка нужна, что она бездомная. Я очень надеюсь сейчас, что после того, как эта история попала в прессу, чиновники займутся ею. Впрочем, дело уже находится на рассмотрении министерства строительства в Иерусалиме. Это – еще одна ступенька вверх по бюрократической лестнице, и я намерен пройти ее до конца. С помощью Одеда Амеири мы пытаемся помочь Ирине Бергман как можно скорее оформить инвалидность. Я возмущен работой социальных служб города: им прекрасно известно о ситуации этой женщины и о том, что ее здоровье подорвано".

На следующий год в армию уйдет еще один сын Ирины Бергман, не пожелавший раскрывать свое имя. В настоящее время ему 19-лет. Он живет в одном из кибуцев Израиля: "Мы много лет пытались добиться для мамы квартиры – и я, и Давид, и другой мой брат. Эта проблема существует почти столько, сколько я себя помню. Нам не пробить эту стенку. А сюда, в кибуц, я маму взять никак не могу. Я, в общем, сам здесь на птичьих правах".

Старший сын Ирины, Давид Бергман (23), прапорщик Армии обороны Израиля, находится в секторе Газы. Он согласился побеседовать с корреспондентом NEWSru.co.il и рассказать о своей жизни и о ситуации в семье.

"Я закончил срочную службу. Освободился и пошел работать, чтобы заработать денег на учебу в университете. Планировал получить хороший аттестат. В школе я не смог сдать все выпускные экзамены – надо было себя содержать, – рассказывает Давид. – Никто из нас, нас в Израиле трое братьев и сестра, нормально не учился. Все работали. Когда мама лишилась пособия, все деньги ушли на нее. Пробыл на "гражданке" четыре месяца и вернулся в армию сверхсрочником, чтобы иметь возможность ей помогать. Теперь я в Газе. Контракт закончится только в августе 2009 года".

О возможности получения для Ирины жилья от социальных служб, которые созданы для помощи тем, кто не может помочь себе сам, Давид говорит как о почти несбыточной перспективе: "Было бы просто прекрасно. Нам всем стало бы легче на душе. Потому что сейчас главная забота всех нас – это мама. Если у нее будет дом, каждый из нас сможет пойти своим путем. Была бы уверенность, что с ней все в порядке, а мы, конечно же, справимся".

Материал подготовила Мария Горовец

facebook






  Rating@Mail.ru  
Суббота, 16 февраля 2019 г.
Все права на материалы, опубликованные на сайте NEWSru.co.il, охраняются в соответствии с законодательством Израиля. При использовании материалов сайта гиперссылка на NEWSru.co.il обязательна. Перепечатка эксклюзивных статей без согласования запрещена. Использование фотоматериалов агентств не разрешается.