18+
22 ноября 2018 г.
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Загрузка...

Том Рейсс: Лев Нуссимбаум – еврей и мусульманин, который ненавидел революцию (ИНТЕРВЬЮ)

время публикации: 24 сентября 2006 г., 10:53 | последнее обновление: 24 сентября 2006 г., 10:56 блог версия для печати

Том Рейсс, журналист, долгое время работавший корреспондентом газет New York Times, Wall Street Journal и журнала New Yorker, автор книги "Ориенталист: раскрывая тайну странной и опасной жизни" (The Orientalist: Solving the Mystery of a Strange and Dangerous Life). В этой книге описывается жизнь Льва Нуссимбаума, уроженца Баку, в Европе приобретшего широкую известность под именем Эссада Бея.

Нуссимбаум вел жизнь авантюриста и искателя приключений, написал несколько книг, приобретших значительную популярность. Одна из них – роман "Али и Нино" (Нуссимбаум опубликовал ее под псевдонимом Курбан Саид) – стала классикой азербайджанской литературы. Кроме всего прочего, Нуссимбаум опубликовал биографии Ленина и Сталина (с последним он общался в Баку).

В США и Великобритании, "Ориенталист" был признан одной из лучших книг, изданных в 2005 году. Книга переведена на иврит, сербский, французский, итальянский, греческий, португальский, испанский, польский и голландский языки.

Независимое американское информационно-аналитическое агентство Washington ProFile опубликовало интервью с автором этой книги Томом Рейссом.

Вопрос: Почему Вы заинтересовались историей Льва Нуссимбаума?

Рейсс: Я никогда не слышал этого имени и никогда не читал книг Курбана Саида до тех пор, пока не приехал в Азербайджан. Я получил редакционное задание написать о нефтяном буме в Баку. К тому же, я искал причину для подобной поездки, потому что мой друг ранее побывал там и рассказал мне, как выглядит город, одновременно бывший "Кавказским Парижем" и одним из центров Великого Шелкового Пути. Я всегда интересовался подобными "плавильными котлами". Кроме того, мне был интересен процесс продвижения Европы на Восток. Мой друг говорил мне, что он встречался со многими азербайджанцами, являющимися подлинными европейцами. Потом я узнал некоторые детали истории Льва Нуссимбаума – это зацепило меня, потому что меня меньше интересовал нефтяной бум, а больше – наследие старого Баку.

Вопрос: Какое Ваше впечатление о Баку?

Рейсс: Баку начала XX века – "Кавказский Париж", на некоторое время исчез с карты, как и сам Лев Нуссимбаум… Мы можем "благодарить" за это Сталина и, конечно, коммунизм. Бакинская нефть использовалась для финансирования планов советских пятилеток и, фигурально, на ней работали моторы танков Второй Мировой войны. Но даже после того, как советская макроэкономика что-то убила в Баку, он оставался крупным советским городом. Тем не менее, Баку сохранил в себе тот дух космополитизма, который он приобрел в эпоху капитализма. В начале XX века он получил огромный заряд жизненной силы, некоторым образом он напоминал Манхэттен.

Евреи играли значительную роль в бакинской космополитической смеси, также, как происходило с ними во многих других местах мира. В советское время евреи испытывали много проблем, однако Баку, однозначно, был одним из наименее антисемитских городов Российской Империи и, однозначно, наименее антисемитским городом СССР.

Баку был очень русским городом, но именно здесь российский элемент потерял одну из своих черт – антисемитизм, во многом благодаря сложившемуся здесь уникальному этническому и религиозному балансу. В Баку не доминировала ни одна из культур или религий.

Жизнь Льва Нуссимбаума показывает корни того, что впоследствии стало наиболее болезненной проблемой России. Я имею в виду Чечню. Баку, если можно так выразиться, был "античечней". Баку был местом, где мусульмане становились невероятно современными и устремленными в будущее интеграционалистами.

Вопрос: Даже в начале XX века?

Рейсс: Особенно в то время. Посмотрите на бакинских нефтяных баронов, которые действовали тогда, когда в Баку жил Лев! Мир не видел более прогрессивных миллионеров, создавших себе состояния на нефти. Их можно сравнить, пожалуй, лишь с американцем Рокфеллером, да и то лишь потому, что Рокфеллер незадолго до смерти создал весьма успешно действующий по сей день благотворительный фонд.

Бакинские миллионеры строили оперные театры, они основали первую в исламском мире школу для девочек. Они говорили: "мы должны быть мусульманами, но действовать наиболее современными способами". В то же время, в Баку было очень высокое качество жизни. Здесь капитализм действительно работал и приносил плоды. Бакинский капитализм не уничтожил бедности – не случайно этот город сыграл большую роль в большевистской революции. Между богатыми и бедными пролегала огромная пропасть, однако подобное наблюдалось везде.

Вопрос: Почему выходец из еврейской семьи Лев Нуссимбаум превратил себя в воина Ислама?

Рейсс: Я частично объясняю это забытой традицией еврейского ориентализма. В то же время, это традиционно русский путь, если рассуждать в терминах Пушкина и всего русского романтизма XIX века. Пушкин и последующие поколения русских романтиков описывали весьма красивую версию того, что в конце XX века превратилось в войну в Чечне. Была популярна идея проверить себя в сражениях с мусульманскими воинами. То есть, у Льва были и "еврейские" и "русские" причины стать мусульманином.

Баку был местом, где пришельцы могли жить в условиях восточной фантазии, точнее варианта русской восточной фантазии. В космополитическом городе воины Ислама ходили по улицам, но работали в лавках своих родителей. Лев видел позитивную силу Ислама, которая прошла через всю его жизнь. Он стал одним из первых людей, которые предсказали исламское возрождение. Он не считал эту силу позитивной только потому, что она опиралась на Коран. Лев думал, что среди всех разрушительных волн, которые потрясали мир, эта сила была наименее жестокой и насильственной.

Вопрос: Можно ли в этой связи сравнить евреев и арабов?

Рейсс: Лорд Дизраели (крещеный еврей, лорд, премьер-министр Британской Империи, 1804-1881 – Washington ProFile) говорил, что "евреи – это мозаичные арабы". Основоположники сионизма часто говорили об арабах, как о двоюродных братьях евреев. В начальный период развития сионистского движения, некоторыми сионистами были предприняты серьезные попытки идентификации с арабами. Среди сторонников этого пути был ближайший соратник прославленного сионистского лидера Владимира Жаботинского (Владимир, или Зеэв Жаботинский, 1880-1840, журналист, публицист и писатель – Washington ProFile). Еврейские ориенталисты пытались совершить своеобразный "побег из Европы", которая долгое время была эпицентром антисемитизма, причем c каждым годом положение дел становилось все хуже и хуже. В то время антисемитизм был очень мощной идеологией, причем она была распространена не только среди ультраправых европейцев.

Вопрос: Есть много гипотез о том, кто на самом деле написал "Али и Нино"...

Рейсс: Азербайджанцы уверены, что эту книгу написал Юсуф Везиров Чеменземинли (1887 – 1943, классик азербайджанской литературы, дипломат – Washington ProFile), а Курбан Саид был его псевдонимом.

Вопрос: Лев Нуссимбаум был очень популярным автором в Европе и США в период перед началом Второй Мировой войны. Почему его забыли?

Рейсс: Льва забыли потому, что он постоянно заново изобретал собственную личность. Он постепенно удалялся от реальности, погружая себя в мир вымысла. Одна из причин, почему он оказался забытым, потому что его личность украли. К примеру, один из псевдонимов Льва был Курбан Саид. Он начал использовать его, поскольку его предыдущее имя – Эссад Бей – было запрещено в нацистской Германии, когда стало известно, что Эссад Бей – на самом деле, еврей. После этого, Нуссимбауму понадобилось другое имя, и он придумал Курбана Саида. Очень опасно создавать много псевдонимов, потому что возникают сомнения в реальном существовании писателя, особенно если человек ушел из жизни совсем молодым. Популярность и репутация Нуссимбаума базировались на вранье, масках и фантазиях.

Вопрос: Как Вы собирали материал для своей книги?

Рейсс: Я начал охоту за Львом Нуссимбаумом в 1998 году. Я провел множество интервью со старыми людьми, которые владели информацией. К 2002 году почти все они ушли из жизни. То есть, я писал книгу, зная, что большинство свидетелей тех событий – мертвы. К счастью, у меня сохранились магнитофонные записи.

Вопрос: Есть ли сомнения, что книги Эссада Бея и Курбана Саида написал именно Нуссимбаум?

Рейсс: Никаких сомнений в этом нет, я собрал слишком много документов, подтверждающих его авторство. В том числе, огромную переписку между Львом и итальянкой по имени Пима Андре. Когда переписка между ними началась, ей было около 80-ти лет, а ему шел четвертый десяток. То есть, любовной связи между ними не было, скорее это была платоническая любовь. Они писали друг другу каждый день. Я обнаружил сотни этих писем у внука Пимы, они лежали в коробках, которые не открывались с 1950-х годов. Письма позволили точно ответить на все вопросы об авторстве, потому что почерк Льва был уникальным.

Вопрос: Пытались ли Вы передать читателям своей книги какое-то особое послание?

Рейс: Послание заключается в том, что прогресс – весьма хрупкая штука. Стоит вспомнить историю. Параллелей с прошлым очень много. Но нынешний мир мне напоминает мир образца не 1930-х, а 1910-х годов.

Мир, в котором вырос Лев, был миром, в котором огромную роль играли террористы. Нечто подобное происходит и теперь – террористы и реакция на действия террористов определяют политику государств. Первая президентская речь Теодора Рузвельта (президент США в 1901-1909 годы – Washington ProFile) была во многом посвящена террористической угрозе. Ныне почти никто не помнит, что на протяжении XX века терроризм не был реальной угрозой. Реальной угрозой была дестабилизация обществ и разрушительные войны. Война – намного большая угроза, чем терроризм.

Мое послание также связано и с русской частью этой истории. Я был поражен параллелями, которые существуют в раннем периоде жизни Льва и нынешней ситуацией. Эпоха между революцией 1905 года и началом Первой Мировой войны была периодом колоссального экономического бума в России и, особенно, в Баку. В 1914 году Франция послала специального представителя в Россию, который пришел к выводу, что в середине XX века Россия будет доминировать в Европе, причем не только в военном и экономическом отношении, но и в культурном.

Лев Нуссимбаум родился в 1906 году, в этот год более 3,5 тысяч российских официальных лиц были убиты или ранены террористами. Причем, это был первый год относительной стабильности. В первое десятилетие жизни Льва, страх жителей Европы перед террористами оказался способным дестабилизировать общества. Ныне мы боимся ядерного оружия. Но террористы тогда и теперь используют одно и тоже оружие – динамит. И сегодня, и в 1906 году людей убивали с помощью бомб.

Лев вырос в семье, где отец был типичным современным капиталистом, а мать снабжала деньгами крупнейшего изготовителя бомб в Баку. Это был вариант дихотомии, которая оказала колоссальное воздействие на жизнь Льва, и многое объясняет в его дальнейшей судьбе. Он был евреем и мусульманином, но, одновременно, он был очень идеологизированным человеком. Лев Нуссимбаум ненавидел революцию.

facebook






  Rating@Mail.ru  
Четверг, 22 ноября 2018 г.
Все права на материалы, опубликованные на сайте NEWSru.co.il, охраняются в соответствии с законодательством Израиля. При использовании материалов сайта гиперссылка на NEWSru.co.il обязательна. Перепечатка эксклюзивных статей без согласования запрещена. Использование фотоматериалов агентств не разрешается.